За пять лет число казахстанцев, состоящих на учете с болезнью Альцгеймера, выросло более чем в пять раз. Почти каждый пятый выявленный пациент младше 65 лет. Но означает ли резкий рост статистики реальный всплеск заболевания? Скорее данные показывают сразу несколько процессов: население живет дольше, врачи чаще распознают когнитивные нарушения, а пациенты постепенно выходят из зоны многолетнего недовыявления.

В демографической статистике Казахстана есть хорошая новость: ожидаемая продолжительность жизни в стране достигла исторического максимума - 75,97 года. Для сравнения, в 2021 году показатель составлял 70,23 года. В 2025 году женщины в среднем достигли показателя 79,8 года, мужчины - 72,19 года.

Но у увеличения продолжительности жизни есть и обратная сторона: системе здравоохранения приходится все чаще иметь дело с заболеваниями, риск которых значительно возрастает с возрастом, в том числе с нейродегенеративными расстройствами.

Свежая статистика Министерства здравоохранения РК по болезни Альцгеймера это хорошо показывает.

В 2021 году на учете с этим диагнозом состояли 677 человек. В 2022 году - уже 1 559, в 2023-м - 2 279, в 2024-м - 2 992, а по итогам 2025 года - 3 706 пациентов.

За пять лет учетный контингент увеличился на 3 029 человек, или примерно в 5,5 раза. В среднем ежегодно регистрировалось около 710 новых случаев. Сам Минздрав связывает такую динамику прежде всего с улучшением выявления заболевания и повышением доступности медицинской помощи.

Пять с половиной раз — это не обязательно «в пять раз больше заболевших». Эти показатели важно правильно интерпретировать.

Речь идет о числе пациентов, состоящих на учете, а не о показателе истинной заболеваемости населения. Поэтому пяти­кратный рост регистра не означает автоматически, что за несколько лет в Казахстане произошел сопоставимый рост риска болезни Альцгеймера.

Изменяться может не только сама заболеваемость, но и способность системы находить таких пациентов.

Главный невролог Министерства здравоохранения РК, доктор медицинских наук, профессор Сауле Туруспекова отмечает еще одну сторону проблемы - сохраняющееся недовыявление деменции на ранних стадиях: «Деменция долгое время воспринимается как «естественная старость», поэтому многие семьи не обращаются к врачу на ранних стадиях. Поэтому реальные цифры всегда выше официальных. Одна из задач профессионального сообщества - внедрение скрининговых инструментов в поликлиниках и повышение информированности населения. Чем раньше выявляется когнитивное снижение, тем больше возможностей замедлить прогрессирование». Таким образом, сегодняшняя статистика, вероятно, отражает не одну тенденцию, а сразу несколько: старение населения, повышение настороженности врачей, более частую диагностику когнитивных нарушений и постепенное выявление пациентов, которые раньше могли годами оставаться вне поля зрения системы здравоохранения.

Один из наиболее показательных фрагментов статистики касается ранней болезни Альцгеймера - под динамическим наблюдением находятся 742 пациента младше 65 лет. Это около 20% всех зарегистрированных пациентов с болезнью Альцгеймера.

Именно эта группа требует особенно внимательной диагностики.

Когнитивное снижение в сравнительно молодом возрасте нельзя автоматически связывать с болезнью Альцгеймера. Врачам необходимо исключать другие причины, в том числе дефицит витамина B12, нарушения функции щитовидной железы, инфекционные, токсические и некоторые метаболические состояния. Имеет значение семейный анамнез: при подозрении на наследственную форму заболевания может потребоваться медико-генетическое консультирование.

Для небольшой доли случаев раннего семейного заболевания имеют значение патогенные варианты в генах APP, PSEN1 и PSEN2. Однако их выявление не является рутинным тестом для каждого пациента с когнитивными нарушениями и требует клинических показаний и генетического консультирования.

Проблема начинается задолго до постановки диагноза

Болезнь Альцгеймера остается одной из основных причин деменции. По оценкам ВОЗ, на нее может приходиться около 60-70% всех случаев деменции в мире.

При этом первые патологические изменения могут формироваться задолго до появления выраженного снижения памяти и утраты самостоятельности.

Именно поэтому современной неврологии недостаточно поставить диагноз пациенту с уже очевидной деменцией. Задача постепенно смещается в сторону выявления легких когнитивных нарушений, оценки факторов риска и более точной дифференциальной диагностики.

Для Казахстана здесь остается серьезное ограничение - доступность специализированной диагностики.

МРТ позволяет исключать или выявлять ряд структурных и сосудистых причин когнитивного снижения, но сама по себе не является специфическим тестом на болезнь Альцгеймера. Для более точной верификации используются биомаркеры амилоида и тау-белка в цереброспинальной жидкости или крови, а также определенные виды ПЭТ-визуализации. Доступность таких технологий за пределами крупнейших центров пока ограничена.

Одно из наиболее интересных отечественных направлений развивается в Больнице Медицинского центра Управления делами Президента РК.

В Центре ядерной медицины ведется работа с радиофармпрепаратом на основе 18F-фтордопы. В ноябре 2025 года руководитель центра Айгуль Садуакасова сообщала, что специалисты готовят проект для использования «Фтордопы» в диагностике нейродегенеративных заболеваний и проводят исследования с участием здоровых добровольцев для формирования референсных данных.

18F-фтордопа применяется при ПЭТ-визуализации дофаминергической системы. Наиболее очевидное ее значение связано с диагностикой паркинсонических синдромов и оценкой функции дофаминергических нейронов.

В контексте деменций технология может быть полезна прежде всего для дифференциальной диагностики, например, когда необходимо отличить болезнь Альцгеймера от заболеваний, сопровождающихся поражением дофаминергической системы.

Здесь важно не переоценивать возможности технологии: 18F-фтордопа не является универсальным специфическим маркером болезни Альцгеймера и не заменяет амилоидные или тау-биомаркеры.

Однако появление собственного производства радиофармпрепаратов для Казахстана принципиально важно.

Период полураспада фтора-18 составляет около 110 минут, поэтому такие препараты сложно транспортировать на большие расстояния. Их практическое применение напрямую зависит от наличия циклотрона, производства радиофармпрепарата и четко выстроенной логистики от синтеза до ПЭТ-исследования. В закупочной документации Больницы МЦ УДП уже присутствуют наборы и кассеты для синтеза F-фтор-L-Допы.

Активно развивается и терапия болезни Альцгеймера, однако доступ к disease-modifying препаратам остается ограниченным, а сами они подходят не всем пациентам и требуют точной диагностики и мониторинга.

Поэтому профилактика когнитивного снижения остается не менее важной, чем поиск новых лекарств.

Причем в июле 2026 года ВОЗ обновила рекомендации по снижению риска деменции. Организация отмечает, что за счет воздействия на модифицируемые факторы риска значительную долю случаев деменции можно предотвратить или отсрочить. В числе направлений - регулярная физическая активность, отказ от курения, снижение вредного употребления алкоголя, рациональное питание, контроль гипертензии, диабета и гиперхолестеринемии, социальная и когнитивная активность, коррекция нарушений слуха и уменьшение воздействия загрязненного воздуха.

Поэтому один из выводов из казахстанской статистики парадоксален.

Число зарегистрированных пациентов с болезнью Альцгеймера быстро растет - и само по себе это тревожно. Но одновременно увеличение регистра может означать, что пациенты, которые раньше оставались за пределами медицинской системы под формулировками «возраст», «забывчивость» или «старость», наконец начинают получать конкретный диагноз.

Следующий вопрос уже сложнее: сможет ли система перейти от простой фиксации диагноза к раннему выявлению, современной верификации, междисциплинарному маршруту и длительному сопровождению пациента.

Именно этот показатель, а не только число людей в регистре, в ближайшие годы будет определять, насколько успешно Казахстан справляется с растущим бременем нейродегенеративных заболеваний.